Украинский видеоблогер Владимир Золкин взял интервью у Виктора Бабарико (вероятно, оно было записано на следующий день после освобождения беларуса). Он спросил у экс-политзаключенного чей Крым. Но бывший претендент на пост президента ушел от прямого ответа и сказал, что не готов публично комментировать «сложнейший вопрос». О чем это говорит, «Зеркало» спросило у политического аналитика Александра Фридмана.
По мнению Фридмана, Виктор Бабарико не столько не смог ответить на этот вопрос, сколько не захотел этого делать.
— Совершенно очевидно, что украинская сторона от него ожидала другого. Почему Бабарико ответил так? Возможно, это связано с его личной позицией и тем, как он рассматривает события вокруг Крыма и войны в Украине. Я не исключаю, что у него действительно такие взгляды, он считает тему сложной, проблематичной, взрывоопасной и не хочет высказываться, — предполагает эксперт.
Есть и другая версия. Как считает Фридман, причиной ухода от ответа может быть «политическая осторожность».
— Если Виктор Бабарико считает себя человеком, который может и хочет дальше заниматься политикой в беларусском контексте, он прекрасно понимает, что настроения в Беларуси разные. Достаточно людей, которые не стоят на проукраинских позициях. Поэтому однозначные заявления, возможно, для него как способ отпугнуть часть потенциальных избирателей в Беларуси, — рассуждает аналитик. — С другой стороны, своим ответом он отпугнул часть людей, которые ему симпатизировали. Ту часть, которая ожидала однозначного проукраинского ответа. Выглядит, что он остался на тех позициях, которые занимал в 2020 году.
Весной того года претенденту на пост президента тоже задавали вопрос о Крыме. Тогда Бабарико парировал фразой: «Есть красивый ответ — греческий». Получится ли у него и дальше избегать ответов на сложные вопросы и при этом продолжать политическую карьеру? Как считает Фридман, такой вариант возможен.
— Бабарико просто для себя должен сделать вывод и избрать соответствующую стратегию, — говорит политический аналитик.
По его словам, если экс-банкир сделает ставку на беларусов в эмиграции, он может изменить свою позицию.
— Дело в том, что среди выходцев из Беларуси, которые оказались за пределами страны в контексте 2020 года, большинство симпатизирует Украине и стоит на проукраинских позициях. Они ожидают от него однозначного ответа. Думаю, если бы он сказал, что Крым — это Украина, такое очень понравилось бы многим людям в диаспоре, — говорит Фридман.
Если же Бабарико решит ориентироваться на людей внутри Беларуси, он будет продолжать действовать осторожно, продолжает собеседник.
— И я бы не сбрасывал с чаши весов фактор России. Если мы вспомним 2020 год, то стратегию, которую избрал Бабарико и его соратники, — показать России, что смена власти в Беларуси и демократические преобразования не несут угрозу ее интересам. Чтобы она, грубо говоря, не вмешивалась и позволила Беларуси избавиться от режима, который установился в 1994 году, — вспоминает аналитик. — Могу себе представить, что Бабарико и его окружение по-прежнему считают фактор России чрезвычайно важным. И исходят из того, что не стоит делать заявления, которые могут быть в Москве восприняты исключительно негативно. Мы же видели, что со стороны Виктора Бабарико и Марии Колесниковой не было особой критики России и ее политики. И тут возникает вопрос: это политический расчет? Может быть и нет. Возможно, они действительно так видят мир и это их взгляд на события, которые происходят.
По мнению Фридмана, «феномен Бабарико» заключается в том, что в 2020 году ему успешно удалось стать проекцией. Люди увидели в банкире то, что хотели видеть.
— Но может быть, этого в нем и не было, — делает оговорку аналитик. — Сегодняшнее разочарование связано с тем, что реальный Виктор Бабарико не соответствует ожиданиям. Но то, что о нем так много говорят и спорят, показывает потенциал. По большому счету, ему предстоит решить, кем хочет быть: пуститься в пучину политической борьбы, где его будут постоянно обсуждать, или предпочесть тихую, спокойную жизнь.
Читайте также
